БАЛЛАДА о СУХАРЕ

Когда после войны
                                   у нас последним
Делились люди,
                             будто все сродни,
Не знаю, как жилось
                                    фашистам пленным,
Но помню,
                   как меняли хлеб они
На крепкую
                     уральскую махорку
(В душе рубцом остался
                                            давний след).
Мы брали хлеб,
                            но он казался горьким,
Как самосад
                       послевоенных лет.
Но если ганс
                        какой-нибудь старухе,
Или жалея
                   нашенских ребят,
Вдруг
           задарма
                         протягивал краюху,-
Его встречал
                        непримиримый взгляд.
Вот почему судили мы
                                          всем сердцем
Ровесника,
                   хоть был он нам дружок,
Когда хотел он взять
                                     подачку немца,
Чтоб хоть разок наесться,
                                               хоть разок.
Крапивы
                было много в огороде,
В тот год мы ей
                             не ведали конца.
Хлестали ею
                       от лица народа,
От имени
                 погибшего отца.
И вместе с «подсудимым»
                                                после порки,
Чтоб не просыпать
                                   крошки ни одной,
Сухарь делили.
                            Он не пах махоркой.
Сухарь был русский.
                                     Маленький.
                                                         Ржаной.